Комментарии ЧАТ ТОП рейтинга ТОП 300
Счастливый август

Категории: Пожилые, Не порно, В первый раз, Случай

Автор: Makedonsky

Дата: 2 марта 2021

  • Шрифт:

Картинка к рассказу

В этот вечер мама пришла радостной и веселой. Последнее время она играла на пианино в кафе «Сильфида», заменяя заболевшего пианиста. Приходила поздно, но с сумкой, полной сыра, колбасы и прочей снеди. И ночью они пировали, часто с бутылкой вина. Арсений Семенов, гимназист предпоследнего класса, любил такие застолья. Мама переодевалась в домашнее платье, распускала светлые волосы, прихватывая их голубой лентой, и становилась необыкновенно милой. Впрочем, Арсений был в таком возрасте, когда все женщины прекрасны.

Так вот, веселой мама была потому, что ей, хотя и к августу, удалось найти дешевую дачу. Она поднялась, громко стуча каблучками по деревянной лестнице, на второй этаж и выкрикнула: «Все! Завтра едем на дачу!». И они стали собираться.

Сначала мама хотела взять все даже плетеные кресла. Клгда они в третьем часу ночи выволокли на середину комнаты все вещи, оказалось, что там багажа на «на сорок подвод», и к пяти часам было решено оставить только большущий сундук и десяток чемоданов. В шесть часов Арсений, наконец, заснул, но в семь пришли возчики и с ними господин Нефедов, который был к матери неравнодушен. Они часто играли в четыре руки и пели романсы, а когда Нефедов начинал целовать матери руки, она отсылала его в сад или играть в карты к квартирной хозяйке в гостиную на первый этаж. Арсений и мадам Воропаева играли в «дурака», а со второго этажа доносились ритмичные звуки диванных пружин, и сыпалась мелкая пыль. Если мамины «репетиции» затягивались, Елена Владимировна откладывала карты в сторону, показывала на потолок и предлагала Арсению заняться «тем же самым». И задирала подолы, откинувшись назад в высоком кожаном кресле. Она отдавалась Арсению горячо и страстно, постанывая и закатывая глаза, а сама прислушивалась к возне на потолке, ибо боялась кривотолков, и блюла собственное реноме добропорядочной вдовушки. Когда же Нефедов спускался вниз, насвистывая мотив «Красотки кабаре», они снова выглядели прилично и опять играли в карты.

Нефедов руководил, а возчики, громыхая сапогами, носили в подводы вещи. Мама металась между ними и только мешала. Она вскочила с постели, как спала, и бегала в спальной кофте и панталонах, став похожей на мадам Лили из полупорнографического французского фильма. И снова была чрезвычайно соблазнительной.

Затем перенос вещей закончился, возчики, степенно оглаживая бороды, расселись по подводам, а мама надела коричневое платье для визитов, превращенное в дорожное, Арсений – свою гимназическую форму, и они сели на заднюю телегу боком, тесно прижавшись друг к другу. Господин Нефедов помахал им черным котелком, и телегу затрясло по булыжнику мостовой. Мамина шляпка стала тыкаться Арсению в голову, попадая жесткими полями то в висок, то в ухо, то в гимназическую фуражку с серебряным гербом, сбивая ее набок, и Арсений ее снял и положил на колени, едва они выехали за город. Тут тряска прекратилась, но поднялась пыль. Они плелись, наверное, часа четыре. Мама то и дело поглядывала на серебряные часики, висевшие у нее наше, словно спешила на поезд и боялась опоздать к посадке. Солнце припекало, и Арсений снял свой темно-синий китель с блестящими пуговицами, положил его на чемодан и пошел рядом, загребая башмаками дорожную пыль. Наконец они въехали в лес, стало немного прохладнее, но появились оводы и слепни, облепившие лошадей. Лошади хлестались хвостами, возчики хлестали их кнутами и торопились доехать до места.

Вскоре лес кончился, показалась река, а на ней деревня. Мама приподнялась и сказала возчику: «Остановите у крайнего дома». Они приехали.

«Довольно странно!», – сказала мама, сползая с телеги. – «Никто не встречает, а Нефедов обещал». Их возчик по-разбойничьи свистнул в два грязных пальца, из будки у крыльца выскочила лохматая собака серой шерсти, хотела залаять, но лишь широко зевнула и умильно забила себя по бокам толстым, как полено, хвостом.

Возчик свистнул второй раз, и на свист вышла растрепанная непокрытая тетка в длинной до пят белой рубахе и платке на плечах, а с ней одетая по-городскому высокая девица примерно тех же лет, что и Арсений, в светлом платье с пояском, в белой шляпке и с зонтиком. Возчики принялись таскать вещи в двухэтажную избу по виду – бывший трактир, а мама подошла к лохматой тетке и стала ей что-то говорить, показывая то на Арсения, то на вещи, то на второй этаж. Потом расплатилась с возчиками медью и серебром, и те уехали. Наступила тишина, в которой было слышно, как девица сказала: «Мама, я пойду гулять до вечера». Проходя мимо Арсения, она исподлобья стрельнула глазами и ничего не сказала. Девица сразу понравилась гимназисту, он разинул, было, рот, чтобы представиться, но мама все испортила, сказав: «Артик, пойдем в дом. Надо распаковываться!».

И они вошли в избу. Впереди – тетка, колыхавшая обширным задом, за ней – мама в коричневом платье. Последним в сенную прохладу вошел Арсений, снова в фуражке и в синем кителе, застегнутом на все пуговицы. Началась дачная жизнь.

Толстая тетка сказалась местной хозяйкой Елизаветой Самсоновной Прудкиной, прелестная черноглазая девушка – ее дочерью Сонечкой, и изба – действительно когда-то была трактиром, или, по-южному, шинком с двумя нумерами на втором этаже, который открыл ее муж Иосиф Прудкин, переехавший вместе с семейством сюда из-под Бердичева. Поначалу все шло хорошо, но местные мужики нашли, что водка как-то не забирает, и забили шинкаря насмерть. Устроилось следствие, которое установило, что сильно пострадавший Иосиф Прудкин действительно разбавлял водку водой, но не болотной, а родниковой, и не в корыстных целях, а исключительно для улучшения вкуса. Главарь мужиков пошел на каторгу, остальные были высечены казаками, и всё успокоилось. Но с тех пор местные стали этот шинок обходить, и Елизавета Самсоновна разорилась, и стала его сдавать дачникам. За разговором она все повышала цену и к концу дошла до пятнадцати рублей, потребовав деньги вперед. Мама возмутилась и обещала лишь десять, и не ассигнациями, а серебром, и то к концу сезона. Дамы сошлись на двенадцати, и мама и Арсений сели обедать борщом, картошкой, жаренной на сале и с солеными огурцами.

После обеда мама и гимназист стали распаковываться, но сгибались с трудом, поэтому распаковку отложили на завтра. К вечеру заявилась Сонечка и позвала Арсения гулять. Он хотел спать, но с радостью согласился. Они вышли в вечернюю прохладу, под звезды, и Арсений предложил ей руку, за которую она с удовольствием уцепилась. Вечером, вблизи, она была еще прекраснее, чем днем, ее карие глаза сияли, как звезды, а полные губы призывно манили.

Они спустились к реке, уселись на бревнышко. Выпала роса, и Арсений снял свой замечательный китель и накинул Сонечке на плечи. Она благодарно на него взглянула и, закрыв сияющие глаза, подставила губы для поцелуя.

Нет ничего особенного в том, когда парень и девушка целуются. Только Сонечка делала это с придыханием, пытаясь просунуть язык Арсению в рот, а его гимназические брюки вздулись горбом. Ему стало тесно, и гимназист выпустил член «погулять», оставшись в белом исподнем. «Арсик, Вы там поакккуратнее!», – сказала Сонечка, постелив китель на бревно и укладываясь вдоль. – «Мне кажется, что я – все еще девушка...». А когда Арсений вошел в нее, Сонечка вскрикнула:

— Смотрите, звездочка упала!

И подалась ему навстречу...

Они вернулись на дачу далеко за полночь, когда созвездие Большой медведицы склонилось к закату. Соня несла свое белое платьице и шляпку в руке, а Арсений – китель и брюки под мышкой. В самой деле, зачем одеваться, если все равно раздеваться. Соня взяла с него слово завтра еще погулять, и он осторожно прокрался в свою комнату, но перепутал и попал в мамину. Она оторвалась от подушки, встала и зажгла свечу. Когда свеча разгорелась, Арсений увидел, что мама обнажена, и стоит, одной рукой прикрывая лобок, а другой поддерживая тяжелые груди. «Жарко!», – сказала она.

— Жарко, – подтвердил Арсений. – К утру станет прохладнее.

— До утра еще долго, – сказала мама и убрала руки...

Теперь гимназист мог сравнивать трех женщин: квартирную хозяйку Елену Владимировну, Соню и маму. Он стал их расставлять по размерам грудей, по цвету лобковых волос, по мягкости задниц, но информации не хватало, потому что Сонечку он видел в темноте, и какого цвета у нее «там» волосы. К тому же он уснул, как только голова коснулась подушки, и проспал до рассвета.

Он проснулся от немилосердных толчков в бок, сказал в полусне: «Мама, еще рано!». Арсений повернулся на бок, но его снова грубо опрокинули на спину.

Это была не мама. Это была Елизавета Самсоновна. Она откинула одеяло, и полезла рукой в кальсоны. «Ну-ка, ну-ка!», – говорила она, вытаскивая усталый вялый член. – «Неплохо, неплохо!». От нее пахло огуречным рассолом и немного водкою. Орудуя руками и ртом, она заставила «грот-мачту» распрямиться и занять вертикальное положение. Тогда хозяйка дачи тяжело взгромоздилась на кровать и принялась запихивать член в себя, бормоча: «Неужто заросло? Неужто...». А когда Арсениев орган проскочил внутрь, обрадовано задвигалась, умело растянув сладкую пытку на полтора часа...

Утром за завтраком никто о минувшей ночи никто не вспоминал. Елена Самсоновна читала какую-то толстую книгу, и, шевеля морщинистыми губами, то и дело поднимала глаза к потолку. Мама прихлебывала простоквашу, которую хозяйка почему-то называла ривьон, и смотрела в окно. Соня вяло ковыряла ложечкой в овсянке и сверкала глазами на Арсения. А что Арсений? Арсений, едва попробовав и того, и другого, мирно спал, положив голову на стол. И никто его не будил, потому что впереди был целый месяц дачной жизни, и ему нужно было беречь силы...


13195   125 9565  65  Рейтинг +9.94 [17]

В избранное
  • Пожаловаться на рассказ

    * Поле обязательное к заполнению
  • вопрос-каптча

Оцените этот рассказ: 169

Комментарии 1
  • %C2%EE%E2%E0%ED+%D1%E8%E4%EE%F0%EE%E2%E8%F7
    02.03.2021 16:53
    Конечно, при таком насыщенном графике надо силы беречь. Пока Соня и её мама, и свою не обидишь, не оттолкнёшь.

    Ответить 1

Зарегистрируйтесь и оставьте комментарий

Последние рассказы автора Makedonsky

Рады вас приветствовать на BestWeapon — мир проникнутых эротикой повестей и порно историй. На нашем портале вас ждут самые раскрепощенные истории. Перед вами сборник лучших доступных порно сочинений со всего интернета. За период долгого существования библиотеки была отобрана неповторимая подборка авторских сочинений, которая полностью доступна вам. Еще вашему вниманию рекомендуются разнообразные статьи и истории из мира эротики и секса и интернет-форум для обсуждения самых горячих тем. Наши непринужденные рассказы разграничены по категориям, а улучшенная система поиска легко поспособствует вам найти требуемое. Если же вы автор, то вы сможете разместить историю, посоревноваться в популярности писателей, и ваши фантазии приобретут известность и похвалу у большинства тысяч наших пользователей. Приятного просмотра!